Афиша Томска 6 февраля 2026 (5)
18.30 Спектакль «Матрёнин двор» 12+
⚲ Томский драматический театр, город Томск, площадь Ленина, дом 4
🗎 [от 300₽] — Забронируйте столик в буфете перед началом спектакля или на антракт по ссылке Все мы жили рядом с ней и не поняли, что есть она тот самый праведник, без которого, по пословице, не стоит село. Ни город. Ни вся земля наша». А. И. Солженицын «Матрёнин двор» В судьбе одной небольшой русской деревни с красивым названием Тальново отразилась судьба целой эпохи. Это эпоха умирания духовности в деревне и, как следствие, в целой стране. И только один человек своей простой и скромной жизнью, своим выживанием в среде почти крепостного права в колхозах не осознавая этого пытается сохранить эту самую духовность. А.Твардовский писал про рассказ А. Солженицына «Матрёнин двор»: «Почему судьба старой крестьянки, рассказанная на немногих страницах, представляет для нас такой большой интерес? Эта женщина неначитанная, малограмотная, простая труженица. И, однако, её душевный мир наделён такими качествами, что мы с ней беседуем, как с Анной Карениной».
19.00 Концерт «Бах и Франк» 12+
⚲ Томская филармония (Органный зал), г. Томск, проспект Ленина, дом 75
🗎 [от 700₽] — Французского композитора Сезара Франка нередко называли «французским Бахом XIX века» — за строгость формы, полифоническое мышление и редкую для романтической эпохи внутреннюю собранность. В сольном концерте органистки Томской филармонии Марии Блажевич органная музыка Иоганна Себастьяна Баха и Сезара Франка выстраивается как внутренний диалог через столетия. Их прелюдии, фуги и хоралы — это не просто жанры, а формы музыкального размышления о вере, порядке мира и человеческом разуме. У Баха – логика и архитектура барокко, доведённые до предельной ясности; у Франка – та же дисциплина мысли, но наполненная романтической глубиной и исповедальной интонацией. Бах — архитектор барочной вселенной. Франк – её наследник в романтическом Париже, композитор, чьи органные сочинения стали духовной опорой для целого поколения французских музыкантов. Не случайно современники называли его «музыкальной совестью Парижа» — человеком, для которого, также как и для Баха, музыка была не эффектом и не украшением, а нравственным и духовным высказыванием.